Полоцкие замки

Ревизия Полоцкого замка 1552 г. интересна тем, что тогда был сделан подробный перечень огнестрельного оружия, пороха, ядер, разной амуниции, которые хранились в «королевской клети». В документе отмечены десять бронзовых пушек «не вельми великих, на колах добрых окованных», «дело спижаное великое», два «дела спижаных» длиной две с половиной пяди и две пяди, «к дереву прикованных», две железные пушки такого же калибра и устройства. Упоминаются пушка бронзовая «немалая», «мордеры спижаные Витолтовы тры, а один мордер четвертый железный, с которого можно стреляти». Здесь находились 5 «сарпантынов», 27 гаковниц старых, 50 присланных королем и две, полученные «от пушкара замкового з службы его пушкарское на замок даных». В цейхгаузе хранилось 11 «киев старосвецких железных добрых» (ручное огнестрельное оружие XV в.), железные, медные и каменные «хормы» для отливки ядер и пуль, запас пороха, серы, селитры, ядер и пуль каменных и оловянных, «шрот» и многое другое.

Среди восьми полоцких замковых пушкарей только один был иностранцем. Старшим пушкарем был В. Миклашевич, который получал 10 коп грошей, держал за городом две «вольные корчмы — пивную и медовую», а под Великими Луками у него было имение. За это В. Миклашевич ежегодно поставлял в замок Полоцкий «сто куль каменных».

Пушкарь Яков Занкович имел в городе дом, получал 12 коп грошей, два сукна, а за это ежегодно обязан был «на замок давати две гаковницы». Остальные пушкари — Антип Кондратович, Войтех Сулоцкий, Матвей Волк, Шимон Янович, Ян Смолыст получали от 6 до 10 коп грошей и должны были «робить порох».

Суровые испытания выпали на долю Полоцка в годы Ливонской войны. В конце января 1563 г. громадное войско во главе с Иваном Грозным, вооруженное 150—200 пушками, осадило город. Спасаясь от войны, под защиту его стен со всей Полоцкой земли пришли крестьяне, шляхта, мещане. Осада с артиллерийским обстрелом, штурмами и пожарами, от которых только в Нижнем замке сгорело 3 тысячи дворов, создала в стане осажденных сложную обстановку. Ситуация усугублялась скоплением громадного количества гражданского населения. Голод заставил выйти и сдаться крестьян Полоцкого повета, которые вместе с семьями и скарбом «сидели в остроге», сгоревшем дочиста. Только в царский полк вошло более 11 тысяч человек. В другие воеводские полки и в татарские станы «вышло так много людей, что тем же не бе числа»,— сообщается в летописи. Защитники Верхнего замка и Заполотского посада отказались сдаться неприятелю.